#Ученичество

| #Ученичество. 2026. Вып. 2 | #Apprenticeship. 2026. Issue 2 35 исследователей констатируют этот факт, но документальных доказательств не приводят [1, с. 84]. Ни подтвердить, ни опровергнуть этих предположений нам, к сожалению, не удалось. Особо скажем об иллюстрациях сборников. В обоих изданиях они были цветными, созданными по заказу. Это нечастая практика для того времени, обычно для детских изданий Вольфом покупались готовые политипажи, иначе книжка обходилась неоправданно дорого. В результате картинки лишь приблизительно соотносились с текстом. Однако в данном случае визуальный ряд и текст составили единый нарратив. Рисунки к первому сборнику были выполнены академиком Н. Д. Дмитриевым-Оренбургским – членом товарищества передвижников, соратником И. Крамского; ко второму – Генрихом Пилатти, польским художником, работавшим в Санкт-Петербурге по специальному приглашению М. Вольфа. В торговом каталоге 1881 г. «Крошки» были представлены читателю следующим образом: «Книжка эта напечатана крупными буквами и украшена 6-ю превосходно исполненными, напечатанными красками рисунками. Содержание ее взято из русского быта. Главные достоинства книги: отличный, чистый язык, обработка как нельзя лучше приурочена к детскому возрасту от 6–10 лет» [3, с. 502], цена издания «в очень нарядной папке» 2 рубля. Библиограф и педагог М. В. Соболев в своем справочнике « Библиотека избранных сочинений для детей младшего и среднего возраста » «Крошек» характеризовал так: «Действие происходит в семье, центром которой пятилетняя девочка, хороший, добрый, любящий и любознательный ребенок. Она спрашивает о многом; разъяснение ее вопросов составляет содержание всех 26 рассказов. ˂ … ˃ Из книжки, написанной хорошим языком и толково, лучше почитать кое-что при случае; в руки же не стоит давать, хотя бы из-за рисунков» [14, с. 21]. Обратимся к сборникам и попробуем ответить на вопросы: можно ли считать тексты Даля источником достоверного описания семейного быта и практик воспитания детей в России середины XIX в. и чем же Соболеву не угодили рисунки? Прежде всего отметим, что все рассказы Даля открыто дидактичны – вполне в традициях детской литературы конца XVIII – первой половины XIX столетия. А еще они весьма сентиментальны и действительно очень похожи на сочинения писательниц-женщин. Вот таким пассажем начинается сборник «Крошки»: «Лиза была большая девочка, ей уже минуло пять лет; она слушалась папу и маму и всех старших, кого ей велели слушаться. Лиза старалась чисто выговаривать каждое слово, потому что картавить нехорошо, да и дедушка ее не любил картавых; кушала она также опрятно, и потому давно уже обедала за большим столом, ела не торопясь, не плескала супа, неся ложку в рот, и ротика хлебом не набивала, а откусывала понемногу и ела так, как научила ее мама, не торопясь и не стуча ни ложкой, ни ножом; перед концом обеда Лиза просила маму развязать ей салфеточку, обтиралась ею и, сложив вчетверо, клала ее около своего прибора, потом сползала с высокого стульчика и весело бежала благодарить папу и маму за обед. Лиза все хорошо делала: и смирно сидела за столом, и суп съедала весь, и не пачкалась; только одно было дурно: девочка забывала после обеда помолиться; за то папа и мама, прежде чем поцеловать дочку, заставляли ее креститься и поклониться Тому, Кто дает папе и маме здоровье и силу трудиться и заботиться о детях» [4, с. 1–2]. Идеальный послушный ребенок, борьба хорошего с лучшим, маленькие, быстро исправляемые прегрешения и радостное освоение окружающего мира, – всем этим наполнены тексты сборников. Как устроены дни Лизы? Она забавляет годовалую сестрицу; играет с пескариками, плавающими в тазу; вскапывает в саду грядку и сажает вместе с