#Ученичество

| #Ученичество. 2025. Вып. 4 | #Apprenticeship. 2025. Issue 4 10 построения сцены для будущих детских рисунков, своего рода рисовальный синтаксис. Другое дело, что такие композиции нередко переусложнены и, как отмечал Бартрам (профессиональный иллюстратор), крепко привязаны к плоскости. Для преодоления этой неподвижности картинок предпринимались разные попытки: выпускались печатные листы для вырезания отдельных фигур или групп, переводные картинки, бумажные куклы с наборами разной одежды, кубики с картинками, наклейки. Третий период В третьем периоде, по мнению Бартрама, игрушка приобретает образовательное значение. «Существующие наглядные пособия, – в виде стенных картин, моделей, изображающих животных, типы людей, – слишком фотографичны, очень холодны и мало говорят чуткому воображению ребенка и миру его творчества. Историю внешней культуры, знакомство с которой открывает столь широкие горизонты, возможно представить лишь в таких, “живых” наглядных пособиях, которые давались бы детям в руки, их можно бы было передвигать и составлять группы, и одевать и снимать одежду, чтобы понять её применение и т.д. Всему этому могут и должны удовлетворить художественно исполненные игрушки, основанные на серьезном изучении изображаемого предмета» [1, с. 28]. Идея применения игрушек в учебном процессе и сегодня кажется фантастической. И это несмотря на множество разнообразных опытов игрового обучения, осуществленных за прошедший век. Вероятно, ближе всего к этой идее – обучение в системе Монтессори, где дети действуют в основном самостоятельно. Парадоксально то, что Мария Монтессори отрицала всякое значение игрушек в воспитании детей, заменяя их специально разработанными учебными материалами [5, с. 163]. Вместе с тем идея присутствия игр и игрушек в школе совершенно логична. Если рассматривать все виды знаковой деятельности ребенка как единый комплекс, то какие же имеются основания для того, чтобы с началом школьного обучения отбрасывать ролевую игру? Основания есть, и они, прежде всего, организационные и материальные. Допустим, в классе 30 детей. Сколько и какие игрушки им понадобятся для занятий, и как это всё содержать в порядке? Даже с материалами для рисования на занятиях по изобразительному искусству нередко возникают проблемы. А как вовремя, по расписанию закончить игру, если она оказалась увлекательной? И вообще, если ввести в учебный план дисциплину под названием «Ролевая игра», не окажется ли это пустым развлечением? На первый взгляд, в текстах Бартрама нет ни подобных вопросов, ни ответов на них. Но на практике он постоянно этими вопросами занимался. Самодельные игрушки Как вспоминала дочь Николая Бартрама А. Н. Изергина, он считал, что даже случайно попавший ребенку в руки предмет может дать толчок его творческой мысли. «Поэтому, – смеясь, говорил папа, – не выбрасывайте из карманов вашего малыша собранный, для вас ничего не значащий материал, для него он ценен. Ему для творчества нужно очень немного» [2, с. 134].